X

Воспринимайте асану как приключение, и страх уйдет

Воспринимайте асану как приключение, и страх уйдет
«Нужно убедить разум, что ты уже умеешь выполнять эту асану». 

Я никогда не была на занятии для начинающих, где подробно разбирают каждую асану и не спеша, словно мантру, раз за разом проговаривают «прописные» йога-истины о выстраивании асаны, дыхании, медитации в движении. Мое знакомство с йогой началось с 12 кругов сурья намаскар, хитросплетенных виньяс и потока названий на санскрите. Отступать было некуда, и после пары месяцев занятий в беседке на берегу моря я и подумать не могла о том, чтобы пойти на занятия для новичков. «Ведь я уже не новичок, мне нужно что-то поинтенсивнее, чтобы стойку на голове освоить», – наивно полагала я. Тогда стойка на голове и шпагат были для меня пределом мечтаний, а поза скорпиона – чем-то вроде умения летать или ходить по воде. 

Поначалу основными ориентирами во время практики для меня были собственное отражение в зеркале и его соответствие тому, как эту асану выполняет учитель. При этом каждая асана воспринималась мною не как силуэт, а как набор характеристик, кусочков пазла-головоломки, которые необходимо сложить вместе: ровная спина, прижатые к полу пятки, выпрямленные ноги. Если зеркала в зале не оказывалось, приходилось осматриваться по сторонам в поисках, как мне казалось, правильного примера для подражания и/или руководствоваться реакцией преподавателя: прошел мимо или похвалил – значит правильно делаю, молодец; остановился и откорректировал положение – надо запомнить, чтобы в следующий раз поправлять не пришлось. 
«Мёртвая зона» 

Однако я абсолютно не понимала, что имеет в виду преподаватель, говоря, что надо потянуться копчиком вверх, потому что, хотя я знала, где находится копчик, крестец и прилегающие к нему «окрестности» казались мне монолитом, где части не отделимы от целого. Это была «мертвая зона»: я просто не чувствовала, что там происходит. Для меня слова преподавателей о том, что можно почувствовать поясницу, нижний отдел позвоночника и мышцы ребер, дышать почками или направлять потоки энергии по телу относились к одной категории «сверхзадач для просветленных». Мне было важно понимать «механику»: расстояние между руками, точка опоры, распределение сил, но пока я пыталась разложить у себя в голове, как собрать части головоломки, я не чувствовала, что происходит в теле: как вытягивается стержнем позвоночник, проворачиваются и отдаляются от ушей плечи, устремляется к потолку копчик. 

Я продолжала ходить на занятия, но так и не решалась попробовать сделать стойку на голове или бакасану, потому что не понимала «механику» и боялась упасть. В голове жил страх, что не получится, потому что «слабые руки, чего и пробовать», «еще не хватало свернуть себе шею», «что и кому ты хочешь доказать, это слишком сложно». На групповых занятиях некоторые преподаватели говорили, что пока те, кто умеет, будут выполнять стойку на голове, остальные могут делать что-то другое. И я делала то, что у меня получалось. Когда же преподаватель предлагал подстраховать тех, кто хочет попробовать свои силы, я боялась поднять руку и сказать, что мне нужна помощь. Я не пробовала выполнять сложные асаны, если в зале был еще кто-то: в присутствии посторонних у меня начиналась паника, как если бы я выступала с ответственной речью перед многотысячной толпой или должна была подняться под купол цирка без страховки для выполнения смертельно опасного трюка. 
Возвращение … в тело 

Но однажды пару лет назад на воркшопе по танцам в Сайгоне я познакомилась с Эвелин, немкой, в недавнем прошлом госслужащей днем и преподавателем йоги вечером, уже почти два года путешествовавшей по Латинской Америке и Юго-Восточной Азии. Эвелин приехала в Сайгон после 300-часового курса йоги в Таиланде и 10-дневной випассаны в Камбодже и вместо запланированных двух недель осталась в Сайгоне на 4 месяца, став моим преподавателем йоги и хорошей подругой. Во время занятий Эвелин постоянно говорила о синхронизации движения и дыхания, бандхах и уделяла внимание деталям: широкого расставленным пальцам рук в планке, прижатому к полу внешнему краю стопы в позе воина и ровной спине в собаке мордой вниз. Я впервые изучала основы. Выстраивая каждую позу, ориентируясь на свои ощущения, а не на отражение в зеркале, я начала понемногу узнавать, что происходит в «мертвой зоне» спины, почувствовала копчик и крестец, мышцы бедер. Для меня это все стало настоящим откровением: ко мне словно возвращалась «телесная» память. Тогда же я попробовала сделать свою первую стойку на голове и, хотя мое исполнение было стремительным и не длилось более трех счетов, после чего ноги плашмя приземлялись на коврик, для меня это был личный рекорд. 

Приехав в Индию, я каждый день во время личной практики делала несколько подходов бакасаны и стойки на голове. Падала, вставала и начинала опять с выстраивания позы, просила ребят подстраховать и подсказать, что я делаю не так. От ежедневной практики появились мозоли и синяки, а на предплечьях – ссадины, видимо, от постоянного трения с коленями. У меня было достаточно сил в руках для балансов и перевернутых асан, но страх упасть мешал перенести вес еще немного вперед или отойти от стены и выпрямить ноги. Например, я легко могла сделать стойку на голове возле стены, столба, окна, то есть любой вертикальной поверхности, даже не касаясь ее, мне важно было знать, что есть некий буфер-опора. Но стоило встать в центр зала, как ноги отказывались отрываться от коврика и шея проваливалась в плечи. 

Один из преподавателей школы посоветовал мне мысленно представлять, как я выполняю асану, которая вызывает трудности. «Нашему разуму все равно, происходит что-то на самом деле или только в нашем воображении, для него обе ситуации одинаково реальны, – говорил он, – поэтому просто нужно убедить разум, что ты уже умеешь выполнять эту асану, и в следующий раз, когда будешь выполнять ее на коврике, все получится». 
Практика как приключение 

Бакасана по-прежнему остается для меня неосвоенной асаной: стоит оторвать ноги от пола, как вся конструкция, теряя хрупкий баланс, разваливается. Но я продолжаю попытки, не ругая себя и не ставя ярлыков, как прежде, потому что знаю, что нужно поверить в себя и перестать бояться падения. Именно страх парализует тело и не дает найти баланс, внушая, что стоит подать вес вперед, приподнять копчик и подвыпрямить руки – и столкновение с полом неизбежно. Когда же мы воспринимаем каждую асану как приключение, а не конечный пункт назначения, пропадает страх, что не дойдешь до конца, потому что некуда спешить. Мы сами определяем, как далеко хотим зайти сегодня. 
Чтобы написать комментарий, войдите на сайт под своим именем